Режим наблюдения в Соединенном Королевстве: некоторые аспекты, противоречащие Конвенции

25 мая 2021 года Большая Палата Европейского Суда вынесла Постановление по делу «Организация “Биг Бразерс Воч” и другие против Соединенного Королевства», жалобы №№ 58170/13, 62322/14 и 24969/15.

Заявителями являются организации и частные лица, которые проводят кампании по вопросам, связанным с гражданскими правами и свободами журналистов.

Три жалобы (рассмотрение которых было объединено в одном производстве) были поданы в 2013, 2014 и 2014 годах соответственно, после того как Эдвард Сноуден, бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США (АНБ), сообщил о существовании программ, проводимых службами разведки США и Соединенного Королевства, по получению данных физических лиц. Заявители полагали, что характер деятельности спецслужб предполагал перехват британскими спецслужбами или получение от операторов связи или иностранных спецслужб, таких как АНБ, электронных сообщений и/или коммуникационных данных заявителей.

Дело касалось жалоб журналистов и правозащитных организаций в отношении трех различных режимов наблюдения:

1) массовый перехват данных;

2) получение материалов перехвата от властей и спецслужб иностранных государств;

3) получение данных от операторов связи.

В то время режим массового перехвата и получения коммуникационных данных от операторов связи имел правовую основу в Законе о регулировании следственных полномочий 2000 года. С тех пор он был заменен Законом о следственных полномочиях 2016 года. Выводы Большой Палаты относятся исключительно к положениям Закона 2000 года, имевшего юридическую силу на момент действий, обжалуемых заявителями.

Суд счел, что из-за множества угроз, с которыми государства сталкиваются в современном обществе, использование режима массовой слежки само по себе не нарушает Конвенцию. Однако такой режим должен гарантироваться применением правила «сквозного шифрования», что означает, что на национальном уровне на каждом этапе процесса обработки данных должна производиться оценка необходимости и соразмерности принимаемых мер; массовый сбор информации путем перехвата должен подлежать независимой авторизации с самого начала, когда определялись объект и объем операции; и что операция должна подлежать надзору и независимой проверке ex post facto.

Принимая во внимание режим массового перехвата данных, действующий в Соединенном Королевстве, Суд выявил следующие недостатки: массовый перехват данных был санкционирован не независимым от исполнительной власти органом, а ответственным членом кабинета министров; категории поисковых терминов, определяющие виды сообщений, подлежащих изучению, не были включены в заявку на выдачу ордера, а поисковые запросы, связанные с физическим лицом (то есть с конкретными идентификаторами, такими как адрес электронной почты), не подвергались предварительной внутренней авторизации.

Суд установил, что режим массового перехвата данных нарушает требования статьи 10 Конвенции, поскольку не обеспечивает достаточной защиты конфиденциальных журналистских материалов.

Было также установлено, что режим получения данных связи от операторов нарушал требования статей 8 и 10 Конвенции, поскольку такие действия не соответствовали закону.

Однако Суд постановил, что режим, с помощью которого власти Соединенного Королевства могут запрашивать данные разведки у властей иностранных государств и/или спецслужб, имел достаточные гарантии для защиты от злоупотреблений и для обеспечения того, чтобы власти Соединенного Королевства не использовали подобные запросы с нарушением национального законодательства и требований Конвенции.

Европейский суд по правам человека постановил:

– единогласно, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции (право на уважение частной и семейной жизни) в отношении режима массового перехвата данных;

– единогласно, что имело место нарушение требований статьи 8 Конвенции в отношении режима получения данных от операторов связи;

– 12 голосами «за» при пяти – «против», что отсутствовало нарушение требований статьи 8 в отношении режима Соединенного Королевства в отношении запроса полученных материалов от властей и спецслужб иностранных государств;

– единогласно, что имело место нарушение требований статьи 10 Конвенции (свобода выражения мнения), в отношении как режима массового перехвата данных, так и режима получения данных от операторов связи;

12 голосами «за» при пяти – «против», что отсутствовало нарушение требований статьи 10 Конвенции в отношении режима запроса перехваченных материалов у властей или спецслужб иностранных государств.

Полный текст Постановления БП в переводе на русский язык будет опубликован в одном из ближайших спецвыпусков журнала «Прецеденты Европейского Суда по правам человека».



Возврат к списку